Квантовая теория пшеничного поля

Фотография - Квантовая теория пшеничного поля

Фото из открытых источников

Первый в истории театра спектакль, поставленный по законам квантовой физики.

1872 0

Спектакль петербургского "театра post" "Поле" режиссера Дмитрия Волкострелова по пьесе Павла Пряжко называют первым в истории театра, поставленным по законам квантовой физики.

Премьера "Поля" прошла в феврале этого года, в мае он был показан в рамках программы Mayshowcase – смотра самых значимых спектаклей Санкт-Петербурга за уходящий театральный сезон.

На сцене семь актеров и шесть грифельных досок. В руках самого юного исполнителя планшет, в планшете – генератор случайных чисел. Зрителям перед спектаклем раздали программки, в которых описаны 45 сцен спектакля "Поле". Первые 22 из них происходят в случайном порядке – том, который определяет приложение в планшете мальчика.

Персонажи спектакля – деревенская молодежь: комбайнеры, водитель, доярка, продавщица сельмага. Первая половина "Поля" рассказывает незамысловатые истории об их отношениях, развлечениях и главное – о трудовых буднях. Происходящее в пьесе Павла Пряжко так напоминает о методе социалистического реализма, что хочется говорить именно таким казенным языком, но драматург не был бы в авангарде современного театра, если бы "Поле" оставалось просто историей о комбайнерах.

Отсутствие линейного сюжета в спектакле "Поле" - наглядный способ пояснения, что есть постдраматический театр. Несмотря на то, что ход истории определяется в половине спектакля генератором случайных чисел, это совсем не значит, что действо глобально меняется от показа к показу. Это всего лишь демонстрирует, что фабула вообще не имеет никакого значения.

Персонажи играют в событийное "бинго", выводя мелом на доске номера выпавших и сыгранных сцен. Как только подходит к концу последняя, двадцать вторая, сцена, реальность перестает быть вариативной. На доске появляется ремарка: "Марина стоит и не знает глобально, что ей делать дальше".

А дальше – комбайнерский быт становится истинно космическим. Они вдруг понимают, что на поле, где они работают, происходит что-то совершенно не то. Да и поле не их, и не поле это вообще. Недолго поразмыслив о том, что делать, персонажи решают: а ничего. "Мы потомственные комбайнеры больше ничего не умеем делать. Мы убираем хлеб, а они пусть там на верху разбираются сами".

В розданном зрителям либретто ремарки драматурга перемежаются толкованиями физических терминов, как-то: энтропия, аттрактор, фрактал, бифуркация, флуктуация, суперсимметрия, суперпозиция. Что все эти слова значат, на удивление, становится относительно понятно – если не по факту, то интуитивно. Происходящее в тексте и на сцене - это все оно и есть.

Волкострелов погружает зрителей в почти абсолютную темноту, в которой под конец хронометража остается только один, чуть теплящийся, огонек. Это макрокосм и микрокосм одновременно – когда можно быть сразу и внутри себя, и в беспредельном пространстве. "Вот и я нашел себе свой костер", - говорит персонаж "Поля" заключительную фразу спектакля. И каждый за него понимает: это я, я нашел, я тоже нашел.

Куда двигаться дальше, если мы уже пришли – поиск ответа на этот вопрос считает Дмитрий Волкострелов основной задачей своего "театра post". Вариант с прекращением движения для режиссера не существует, поэтому театральная команда находится в постоянном поиске новых направлений, горизонтов и пространств.

И казалось бы – где лирики, а где физики, но случается, например, "Поле", являющее собой ту самую "точку бифуркации". Что это значит по факту, можно посмотреть в энциклопедии. Или увидеть спектакль, чтобы понять интуитивно.




Загрузка...

Комментарии (0)

Input is not a number!
Input is not a email!
Input is not a number!