Сила слова

Фотография - Сила слова

Пресс-центр временного правительства (ВП) Кыргызстана проигрывает информационную войну. Сведения о событиях на юге распространяются по принципу «сломанного телефона». Служба мониторинга и распространения информации ВП своими неумелыми действиями только усугубляет ситуацию. К такому выводу я невольно прихожу после общения со многими жителями Джалал-Абадской области. 

88 0

Пресс-центр временного правительства (ВП) Кыргызстана проигрывает информационную войну. Сведения о событиях на юге распространяются по принципу «сломанного телефона». Служба мониторинга и распространения информации ВП своими неумелыми действиями только усугубляет ситуацию. К такому выводу я невольно прихожу после общения со многими жителями Джалал-Абадской области. 

В меру своих возможностей я пытаюсь объяснять представителям конфликтующих сторон, что ими манипулируют. Раздаю людям газеты, в которых рассказывается о причинах конфликта. Но я один, а тех, с кем нужно беседовать, — тысячи.

Здесь должны работать официальные службы, координирующие и отслеживающие распространение информации. Именно такой службой является информационно-координационный центр (ИКЦ) Временного правительства, но он работает столь же неграмотно, сколь и само ВП, порой даже занимается разжиганием розни.

Вчера я позвонил руководителю ИКЦ Фариду Ниязову. Рассказал, что информация о событиях на юге подается в таком ключе, который раздражает узбекскую диаспору.

— Канал «ЭлТР» вчера показал сюжет о выступлении одного лидера местной общины. Узбеки просили прощения за Кадыржана Батырова, которого обвиняют в разжигании межнациональной розни. Но журналист исказил информацию, сообщив, что узбеки просят прощения у кыргызов за беспредел, который они учинили. Фарид, такого не было! Узбеки уверены — им не за что просить прощения, они просто защищаются. Кроме того, в эфире абсолютно нет информации от узбеков, зато много интервью с кыргызами.

— Улугбек, вы знаете, что информация должна быть достоверной, всесторонне проверенной, — начал лекцию Ниязов. — Она должна отражать точку зрения всех сторон…

— Фарид, — перебил я, — собираемая вами информация должна соответствовать...

Попытка не удалась. Ниязов продолжал менторским тоном читать нотацию. Меня одолевало дикое желание отключить телефон, но я все-таки выдержал шестиминутный «поток сознания» сотрудника ВП, возомнившего себя мэтром журналистики. Когда Ниязов остановился, чтобы сделать передышку, мне удалось «вклиниться».

— Фарид, зачем вы талдычите прописные истины? Хотите выслушать мое предложение — слушайте, а учить меня не надо.

— Но и вы говорите мне элементарные вещи! — вскипел Ниязов. — Почему узбеки, когда журналисты идут брать у них интервью, заявляют о геноциде узбекского народа? Мы даем в эфир именно то, что они говорят...

— Неужели вы не понимаете, что неразумные люди есть и с той, и с другой стороны?! Журналист должен отделять зерна от плевел и корректно подавать информацию, которая не станет лишним раздражителем.

— Вы знаете, я сейчас вообще сильно раздражен. Мы все здесь нервничаем…

— Так я предлагаю вам сделать интервью с представителем узбекского этноса. Я помогу собрать лидеров общин, которые расскажут много всего, но дайте это в эфир «без купюр», без комментариев журналистов.

— Хорошо, — чуть поостыв, согласился собеседник. — Я дам вам телефон нашего журналиста, который там работает. Свяжитесь с ним.

Журналист, номер которого мне оставил Ниязов, проводил время в здании областного УВД. Я повторил свое предложение, и коллега с ним согласился, но сказал, что боится выезжать в город. Ничего, я сам за ним съезжу.

Сузакцы рассказали мне, что некие люди позвонили члену ВП Азимбеку Бекназарову и заявили: у них в заложниках находится десяток кыргызов.

— Бекназаров вчера (в понедельник, 14 июня. — У.Б.) приезжал, встретился с кыргызами, поговорил, убедился, что ничего такого не происходит, что мы, наоборот, стараемся защитить своих соседей от погромщиков.

— Да, мы конечно, нервничаем, переживаем, но это вовсе не из-за соседства с узбеками, — сказал Токон-байке, который встречался с Азимбеком Анаркуловичем. — Они, слава Богу, сами нас защищают.

Почему об этом не говорит пресс-центр «временщиков»? Почему молчит сам Бекназаров? А наблюдая за тем, как многие наши журналисты пытаются освещать события на юге, я прихожу к однозначному выводу: их беда в том, что они сами являются этническими кыргызами. Волей-неволей они тяготеют к «своим», что, конечно, отражается на качестве подготовки информации...

Я родился и вырос в Сузаке. Моя мать — узбечка, отец — кыргыз. Я отлично говорю на обоих языках и одинаково отношусь к сторонам конфликта. И узбеки, и кыргызы считают меня своим парнем. Во время службы в милиции я получил тяжелое ранение и потерял много крови. Все ребята нашего отдела — представители разных национальностей — сдали кровь, чтобы спасти мне жизнь. Я до сих пор вспоминаю их с большой благодарностью.

А теперь мне приходится работать в ситуации, когда одна половина моих родственников обвиняют другую половину в планомерном истреблении. Вчера у моей мамы был день рождения. Она встретила его в лагере беженцев возле узбекской границы. Утром я отвел ее и других женщин нашего села по домам. Объяснил им, что бойню спровоцировали деструктивные силы, и вроде бы немного успокоил...

Надеюсь, пресс-центр Временного правительства не будет хотя бы мешать журналистам, желающим давать объективную информацию.

 


Теги:

Киргизия

Загрузка...

Комментарии (0)

Input is not a number!
Input is not a email!
Input is not a number!