Н.Киреев: Турция пытается совместить мусульманские ценности и партнерство с Западом

Фотография - Н.Киреев: Турция пытается совместить мусульманские ценности и партнерство с Западом

Ежегодно 19 мая Турция отмечает День памяти Мустафы Кемаля Ататюрка, первого президента республики, по инициативе которого ислам законодательно перестал быть государственной религией. В этот день турецкие граждане могут лишний раз убедиться, насколько их государство отошло от принципов секуляризма, провозглашенных Ататюрком в 1924 году. Причем за последнее десятилетия процесс ползучей исламизации страны особенно ускорился. 

194 0

Ежегодно 19 мая Турция отмечает День памяти Мустафы Кемаля Ататюрка, первого президента республики, по инициативе которого ислам законодательно перестал быть государственной религией. В этот день турецкие граждане могут лишний раз убедиться, насколько их государство отошло от принципов секуляризма, провозглашенных Ататюрком в 1924 году. Причем за последнее десятилетия процесс ползучей исламизации страны особенно ускорился.

Список пятисот

В ноябре 2009 года турецкая газета "Миллиет" опубликовала список 500 наиболее выдающихся мусульман современности, составленный совместно Джорджтаунским университетом США и Королевским центром исламских исследований Иордании. Внимание турецкой газеты к списку 500 объясняется просто – в нем фигурируют 20 турецких граждан, причем некоторые из них помещены в первый десяток. Примечательно, что в ряде случаев основанием для высокого рейтинга стала не религиозная деятельность, а успех в политике турок-мусульман. Так, на 5-м месте в списке представлен премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган, на 28-м – президент этой страны Абдулла Гюль. Также в число 500 попали государственный министр Мехмед Айдын, министр иностранных дел Ахмед Давутоглу и руководитель Управления по делам религии Али Бардакоглу.

По сведениям "Миллиет", в комментариях к списку Эрдоган охарактеризован как "премьер одной из самых крупных по населению и по размерам экономики мусульманских стран". Также в комментарии подчеркивается, что "Эрдоган ориентирован на ценности ЕС и верит в принцип "не должно быть проблем с соседями", он стремится отменить запрет на ношение мусульманского платка-хиджаба в университетах, однако не преуспел в этом". Публикация сопровождается фотографией Эрдогана на фоне мавзолея Ататюрка.

В комментарии также отмечена "ключевая роль" Абдуллы Гюля и то, что он стал "первым президентом Турции с исламским прошлым". "Миллиет" пишет далее, что в исследовании упомянута Хайрунниса Гюль как первая в истории жена президента Турции, покрывающая голову платком, и то, что "она обращалась в Европейский суд по правам человека по поводу запрета на ношение платка во время своей учебы".

Как видим, мусульманский мир высоко оценил главное событие во внутриполитической жизни Турции первого десятилетия ХХI века – успех на парламентских выборах и приход в ноябре 2002 года к власти происламской Партии справедливости и развития (ПСР) во главе с Эрдоганом, затем повторная ее победа на выборах 22 июля 2007 года и, наконец, избрание в августе 2007 года второго человека в партии – Абдуллы Гюля – президентом Турции.

Нет сомнения, что поразительный успех Партии справедливости и развития во многом был достигнут благодаря политической активности и популярности двух упомянутых в списке турецких лидеров и прежде всего Тайипа Эрдогана. Как известно, ПСР возникла в августе 2001 года, а уже немногим более чем через год получила под свой контроль исполнительную власть, сформировав затем однопартийное правительство.

Первопроходцы исламизации

До этих выборов действовала исламистская партия "Фазилет", руководителем которой (как и ее предшественницы "Рефах") долгое время был Неджметтин Эрбакан – исламист весьма радикальных взглядов, один из основателей движения "Милли герюш". Эрбакан развернул активную деятельность в многочисленной турецкой диаспоре Германии – вдали от турецкого правосудия тех времен.

В отличие от своей нынешней умеренной ориентации тогда, в 90-е годы, Эрдоган при всех расхождениях с Эрбаканом не отличался умеренностью и также преследовался судом за радикализм на ниве защиты шариата. Что же касается внутрипартийных дел, сторонники Эрдогана сначала в "Рефах", а затем в "Фазилет" говорили о необходимости обновления партии, усилении сотрудничества с теми, кто близок к ее платформе, но не разделяет полностью взгляды партии. Традиционалисты же во главе с Эрбаканом и его давним сподвижником Реджаи Кутаном были убеждены, что обновление означает раскол. Традиционалисты побеждали, и Тайип Эрдоган заявил, что не хочет раскола. Однако со времен "Рефах" было очевидно: депутаты – сторонники Эрдогана, председателя муниципалитета Большого Стамбула, продолжат свою борьбу против консервативного руководства "Милли герюш" и связанной с исламистами очередной действующей партии, обвинив его в беспомощности перед "атаками светских властей на демократию и права человека".

"Рефах" первоначально сумела добиться успеха на выборах 1995 года и стать в парламенте ведущей по числу мест, причем избирателей не остановили ее радикальные предвыборные лозунги. Несмотря на первый успех исламистской партии, из-за противодействия военной верхушки Эрбакан долго не мог сформировать коалиционное правительство. Затем, создав и возглавив все же такое правительство, в 1996–1997 годах Эрбакан и его соратники начали все более открыто и настойчиво обращаться к исламистской риторике, призывать к шариату, распространять свое влияние в государственных и общественных структурах. Военные же настойчиво требовали от судебных органов запрета партии и лишения Эрбакана и его ближайших сподвижников прав на политическую деятельность. Военная верхушка использовала в те времена свое весомое, даже решающее представительство в Совете национальной безопасности страны и попыталась на заседании этого органа 28 февраля 1997 года остановить "победное шествие" исламистов.

Ответом стало массовое выступление сторонников шариата. 11 мая 1997 года в Стамбуле на площади Султанахмет по инициативе 142 исламских организаций, прежде всего "Рефах", и при активном участии некоторых ее лидеров, депутатов, учащихся и преподавателей школ имамов-хатыбов состоялся 30-тысячный митинг сторонников исламистского пути Турции. Журналисты отмечали раздельное присутствие на митинге множества женщин в черных одеяниях, бородатых мужчин, мальчиков пяти-шести лет с чалмой или тюбетейкой на голове. Приводилось содержание некоторых лозунгов на плакатах: "Шариат или смерть", "Кемалистская диктатура – израильская марионетка". Как сообщалось в газете "Джумхуриет", при упоминании выступающими имени Ататюрка слышен был гул недовольных голосов. Вместе с тем по инициативе военных и гражданских защитников секуляризма предпринимались меры, названные вскоре в СМИ как "процесс 28 февраля". Властям рекомендовалось исполнить положения закона 1924 года о единой системе образования в стране под контролем Министерства просвещения, передать под этот контроль принадлежащие духовным орденам суфиев частные интернаты, фонды и школы, усовершенствовать законодательно систему контроля Министерства просвещения над курсами Корана. Подчеркивалась необходимость готовить такие кадры служителей ислама, которые были бы "преданы принципам кемализма". Серьезным было требование, ставившее вне закона большинство стихийно легализованных религиозных орденов и других учреждений, запрещенных по закону 677 (кемалистский закон 1925 года о запрете суфийских орденов и других духовных объединений).

Вскоре после упомянутого исламистского митинга главный прокурор Кассационного суда Турции Вурал Саваш обратился с иском в Конституционный суд с требованием запретить партию "Рефах". В этом пространном документе излагались факты многочисленных нарушений Эрбаканом и другими лидерами партии законодательства страны о светском характере государства во время их пребывания в правительстве и работы в парламенте. В документе подчеркивалось, что "ни разу за всю историю Турецкой Республики она не сталкивалась с такой опасностью реакции ("иртиджа"), как теперь".

Что касается турецких исламистов в Европе и прежде всего в Германии, вплоть до событий 11 сентября 2001 года власти европейских стран не решались начать преследование турецких религиозных радикалов. Демократические режимы в этих странах позволили активистам "Милли герюш", как гонимым в собственной стране, укореняться в европейской среде, стать в ней самой многочисленной, самой влиятельной и самой богатой исламистской общиной. Информацию о размахе деятельности "Милли герюш" в Европе приводила "Джумхуриет": движение организовало лагеря и школы в 252 городах Европы, главным образом в Германии, в них 14 тысячам учащихся "преподается шариат". Газета печатала протесты некоторых недовольных верующих: "С того момента, как возникло течение "Милли герюш", проповедуемый им ислам подлинным исламом не является. Они эксплуатируют чувства людей, гребут деньги из их карманов, манипулируют детскими мозгами, говорят о религии, а сеют неверие; молятся на Эрбакана, говорят о мире, а готовят детей воевать". Турецкий автор Сонер Ялчин приводил в своей книге "Кто же такой Эрбакан" длинный список фирм, контролируемых руководством "Милли герюш" и действующих в Европе в издательском деле, производстве кассет и дисков, пищевых товаров, строительстве, организации хаджа, называл их миллиардные (в немецких марках) обороты. Другой автор, Ялчин Байер, писал, что Германия стала центром скопления религиозных экстремистов. Проживший в Германии 25 лет турок под псевдонимом Р.Д. писал в одну из турецких газет из Кельна: "Милли герюш" по три-четыре раза в год собирает с турок деньги на закят, курбан и даже на джихад. Тех, кто не дает, заносят в черные списки. Ежегодно многих приверженцев "Милли герюш" отправляют в Пакистан, Саудовскую Аравию, Чечню и Афганистан".

Ответ светских властей

В феврале 1998 года Конституционным судом было принято решение о закрытии "Рефах", о фактическом лишении Эрбакана, призывавшего "к режиму, основанному на религии", и его ближайших сподвижников прав на политическую деятельность. После этого последовало немедленное создание на месте партии "Рефах" ее замены – партии "Фазилет", которую возглавил давний сподвижник Эрбакана Реджаи Кутан, заявив при этом, что духовное руководство партией остается у Эрбакана. Нажим военных на исламистов-политиков продолжился и при новом, светском правительстве Месута Йылмаза. Известный в стране ученый-экономист Якуб Кепенек писал, например, что политический ислам все более множится, дробится на различные течения – от мягких вариантов до крайне радикальных. "При открытой поддержке правительственных чиновников государственные структуры передаются шариатским кадрам… это происходит повсюду – от образования до безопасности, от здравоохранения до постов вали и каймакамов (провинциальные власти в Турции. – "НГР")", – отмечал он.

Светские власти, сосредоточившись на мерах судебного преследования уже кадров "Фазилет", среди различных превентивных мер в конце сентября 1998 года добились, например, осуждения на 10 месяцев тюремного заключения одного из наиболее активных деятелей новой партии Тайипа Эрдогана. Основанием для этого стал следующий эпизод. Будучи мэром Стамбула, в 1997 году на уличном митинге своих сторонников он зачитал стихи, в которых были такие строки: "Мечети – наши казармы, их купола – наши каски, минареты – наши штыки". Автором этих слов, написанных во время Балканской войны 1912 года, был поэт Зия Гекальп (1876–1924).

Движение навстречу клерикальным и авторитарным режимам – неизбежный результат отказа от вестернизации и светских принципов Турецкой Республики.

По итогам парламентских выборов 1999 года "Фазилет" заняла 3-е место в парламенте. Она оказалась последней партией, представлявшей на исходе ХХ века "монопольно" и легально политический ислам в стране. 23 июня 2001 года было оглашено принятое днем ранее постановление Конституционного суда о запрете этой партии.

Между тем руководство "Фазилет" задолго до этого фактически разделилось в парламенте на две группы – "традиционалистов" и "обновителей". После запрета и те и другие создали и официально зарегистрировали свои независимые партии. Традиционалисты учредили партию "Саадет" ("Счастье"), возглавил которую Реджаи Кутан и поддержал Эрбакан. "Обновители" в августе 2001 года создали Партию справедливости и развития ("Адалет ве калкынма"), избрав своим лидером давнего оппонента Эрбакана, энергичного Тайипа Эрдогана. На парламентских выборах 2002 года обе партии в сумме получили 100 депутатских мест.

Было очевидно, что платформу партии "Саадет", основанную на идеологии "Милли герюш", поддерживают сторонники традиционных, консервативных взглядов. Лидер ПСР, молодой и энергичный Эрдоган, выпускник школы имамов-хатыбов, затем Мраморноморского университета, заслужил в исламистском движении Турции репутацию оппонента Эрбакана, но эта позиция не распространялась на вопросы защиты шариата. Многие помнили, что в мае 1990 года он участвовал в работе VI конгресса "Милли герюш" в Кельне (Германия), где участников призвали произнести клятву шариату. Выступавшие на конгрессе говорили об Эрдогане как о моджахеде, о "командующем" движения. И он не возражал своему будущему сопернику Эрбакану, когда тот разъяснял: "Чтобы как можно скорее разрушить нынешний режим рабства и создать режим справедливости во имя счастья и блага нашего народа и всего человечества, обещаем трудиться не щадя всех наших сил. Да будет благословенен наш газават, доверимся Аллаху!"

Движение обновления

По мере приближения досрочных парламентских выборов 2002 года, как все явственнее замечали западные СМИ, Эрдоган стремился дезавуировать свои прошлые жесткие исламистские высказывания и перестроиться в прозападного консерватора. Он не настаивал на выходе Турции из НАТО, говорил о пользе и даже необходимости членства Турции в ЕС. Став премьером, он не берет свою жену, которая носит хиджаб, на официальные мероприятия.

Любопытные подробности о ранее несвойственных для исламистов контактах, которые устанавливали лидеры будущей ПСР и прежде всего Эрдоган, сообщает турецкий автор Насухи Гюнгер в своей книге "Движение обновителей" (2006 год). Среди организаций и лиц, поддержавших обновителей, упомянутый автор чаще всего называет американских и израильских доброжелателей. Он пишет, что это отколовшееся от "Милли Герюш" движение уже на стадии создания партии в своих программных заявлениях провозгласило в полном смысле слова манифест об экономике свободного рынка. Насухи Гюнгер пишет о частых визитах Эрдогана в США и состоявшихся там встречах. Особо выделена в книге поездка Эрдогана в США в мае 2000 года, то есть за год до запрета "Фазилет". Тогда произошла важная беседа с авторитетным духовным лидером турок Фетуллахом Гюленом, проживающим там уже долгое время. Эта встреча важна не только своим содержанием, но и потому, что "встретились две различные школы, долгое время соблюдавшие между собой достаточную дистанцию". "Это был не первый и не последний контакт "Движения обновителей" с джамаатом Гюлена. Возглавленное Эрдоганом движение стало новым бесспорным фаворитом для Гюлена, отдававшего предпочтение правоцентристским партиям".

Не обойден вниманием в книге Гюнгера и Абдулла Гюль, нынешний президент Турции. После отставки правительства, сформированного "Рефах", он выступил 13 августа 1997 года по радио "Голос Америки" и осудил закрытие партии, утверждая, что после этого "исламское движение радикализируется, уйдет в подполье". "Не следует бояться "Рефах", она осознает значимость США", – убеждал он. Как и с другими руководителями партий, с Гюлем в августе 1995 года беседовал руководитель ЦРУ Джон Дойч, и "это были закрытые беседы". Визиты Гюля в США завершались посещением Совета по иностранным делам (Council of Foreign Relations, CFR).

Как уже сказано, на выборах 2002 года ПСР добилась небывалого для исламистской партии успеха – она получила в парламенте абсолютное большинство: 363 места из 550 и сформировала однопартийное (редчайший случай после учреждения многопартийной системы) правительство. После следующих выборов (2007 год) ПСР имела в Меджлисе 340 мест. В августе 2007 года второй человек в правящей партии, Абдулла Гюль, избран (через парламент) президентом страны. Таким образом, исполнительная и законодательная власти в стране оказались в руках партии умеренных исламистов.

Лицом к Востоку

Новые руководители Турции признают, что их страна, общество представляют отнюдь не западную цивилизацию. Но при этом Эрдоган говорит о Турции как о единственной стране, которая одновременно и член Организации Исламская Конференция, и член НАТО, а также пребывает в процессе вступления в Евросоюз. Можно ли утверждать, что при таком процессе интеграции турецкое общество под властью ПСР сохранит свою самобытность на цивилизационном уровне? Ведь в программе партии записано и такое положение: "ПСР, опираясь на нашу собственную традиционную мысль, ставит задачу заново создать систему собственных коренных ценностей, придерживаясь консервативной политической линии, которая будет соответствовать уровню мировых стандартов". Как это будет сочетаться с западными ценностями?

Предполагается, очевидно, что на это должна дать ответ новая конституция, о необходимости принятия которой сказано и в программе ПСР, и в последующих заявлениях лидеров страны. Как известно, новая власть в течение прошедших семи лет внесла в Конституцию 1982 года (не без консультаций с западными партнерами) серьезные поправки, в том числе такие, которые ограничили вмешательство военной верхушки в исполнительную власть. Это дает повод некоторым оппонентам ПСР в парламенте говорить о сохранении действующей Конституции при условии ее дополнительной коррекции с учетом требований ЕС. Появились даже предложения о восстановлении (с соответствующими поправками) Конституции 1961 года, которая считается самой демократичной в истории республики.

Пока же ПСР может говорить об уже достигнутых, по мнению ее лидера Эрдогана, переменах, которые он считает бесспорными успехами, что позволяет рассчитывать на дальнейшую поддержку партии большинством общества. О таких успехах правящей партии ее лидер подробно рассказал 3 ноября 2009 года на заседании парламентской группы ПСР, посвященном семилетнему пребыванию партии у власти. Глава правительства подчеркнул: "Наша ориентация на Запад не означает, что мы повернулись спиной к Востоку, Югу и Северу. Как может Турция повернуться спиной к Кавказу, Центральной Азии, тюркским государствам? Может ли Турция повернуться спиной к Ближнему Востоку, Северной Африке? Она является самым важным актором в такой организации, как НАТО. Значимость Турции повышает ее система многосторонних связей. Ни одна из них не является альтернативой, заменой, конкурентом для другой. Тот, кто намерен считать Турцию обреченной на западный вариант, в действительности не отличается от тех, кто хочет, чтобы она замкнулась в себе", – заявил Эрдоган.

Первыми плодами этих внешнеполитических установок Турции можно считать жесткую критику политики Израиля в отношении палестинцев, наметившееся сближение с Сирией и переговоры с руководством Ирана, прошедшие совсем недавно. Что касается принятия новой конституции, то, по сообщениям турецких СМИ, ее проект, поддержанный большинством парламента, прежде всего депутатами от ПСР, будет представлен на всенародный референдум 12 сентября. 



Загрузка...

Комментарии (0)

Input is not a number!
Input is not a email!
Input is not a number!