Китайская мечта

Фотография - Китайская мечта

409 0

Старший аналитик Агентства по исследованию рентабельности инвестиций Адиль Каукенов специально для Today.kz

Последние события на международной арене, которые привели к новому витку натяжения отношений между Россией и Западом, заставили многих вновь обратить внимание на Восток, где набирающий мощь Китай может внести серьезные изменения в геополитический расклад. Для жителей Центральной Азии имеет особое значение понимание того, как будет развиваться в дальнейшем политика азиатского гиганта в нашем регионе.

Новая генерация

9-12 ноября в Пекине прошел 3-й Пленум ЦК Компартии КНР 18 созыва, который закончил процесс передачи власти от четвертого пятому поколению китайских руководителей. Это событие ознаменовало наступление новой эпохи в развитии Китая, что имеет прямое отношение к формированию курса этого геополитического гиганта к Центральноазиатскому региону.

Для того чтобы понять видение внешнеполитического курса к Центральной Азии новой генерации правителей Китая, необходимо рассмотреть общую картину шагов Си Цзиньпина и его команды, которые дают понимание логики действий Китая на внешнеполитической арене.

Понятное дело, что в Китае высок уровень преемственности в политике, за счет чего достигается устойчивость и самое главное непрерывное развитие этой огромной страны. Но все же каждое поколение, при подчеркивании общего стратегического видения, традиционно представляет собственную программу или даже тактику действий, как правило выражающемся в броском лозунге. Это имеет  глубокую историческую традицию, что собственно неудивительно для страны, подчеркивающей непрерывность своего пятитысячилетнего развития. Так, первое поколение представило миру «идеи Мао Цзедуна», второе - «социализм с китайским лицом», третье - «идеи тройного представительства», четвертое - «научную концепцию развития».

Первой озвученной концепцией пятого поколения стала «Китайская мечта», впервые о которой рассказал Си Цзиньпин в ходе эмоционального спича в Государственном музее Китая: «…великое возрождение китайской нации – это и есть величайшая китайская мечта в новой эпохе….. Люди могут жить хорошо, только тогда, когда наша страна и нация развиваются благополучно». Важно отметить, что «китайская мечта» имеет конкретные сроки и промежуточные этапы. Масштабное «возрождение китайской нации» наш сосед к планирует 2049 году, т.е. к столетию Китайской Народной Республики, а предварительно, к 2021 году (т.е. через 7 с хвостиком лет) намечено построение в Китае «среднезажиточного общества». И не просто среднезажиточного, а с современными вооруженными силами и в ранге первой экономики мира.

Здесь нужно пояснить. В Центральной Азии идет не просто геополитическая борьба, а борьба идей. Эта конкуренция идет по всему миру. Но  в нашем регионе есть своя специфика. Здесь активно и почти на равных бьется российский особый путь, американская мечта, европейский мультикультурализм, панисламизм в различных проявлениях и пантюркизм. А теперь, столь близкий географически и экономически, но столь чуждый на идеологическом поле Китай, обозначил свое видение, свою мечту. Конечно, сейчас эта «мечта» еще неизвестна в нашем регионе, но какова будет ситуация к 2021 году? Если или может даже точнее когда, Китай добьется своей цели.

Тем более, что в Компартия Китая слов на ветер не бросает. Поэтому важно отметить, что прошедший 3-й пленум представил, как пятое поколение намеревается достичь этих целей. В опубликованном по итогам "Постановление ЦК КПК по некоторым важным вопросам всестороннего углубления реформ" описываются очень серьезные шаги по комплексному реформированию китайской экономики. К тому же за реформы будет отвечать специальная структура «Центральная руководящая группа по всестороннему углублению реформ» и к 2020 году она должна будет принести ощутимый результат.

От мечты к реформам

В контексте отношений с Центральной Азией в «Постановлении ЦК КПК» вызывает особый интерес положение, что реформы приведут к большей открытости рынка Китая, в частности, рынка энергоносителей. Если сейчас государство полностью контролирует эту сферу, то после реформ, решающую роль в ценообразовании на энергоносители будет играть рынок, а не директивы «сверху». Это вызовет цепную реакцию в виде изменения всей системы потребления энергоресурсов Китая. Центральноазиатский регион, в котором КНР становится крупнейшим потребителем энергоресурсов, несомненно, получит даже не эффект, а будет косвенно участвовать во всех этих процессах. И когда китайские лидеры говорят о взаимодополняемости экономик КНР и центральноазиатских стран, они однозначно учитывает этот факт. Другое дело, что насколько сами центральноазиаты осознают масштаб этих процессов и свои возможности максимально извлечь выгоду из развития Китая, остается под вопросом.

Реформы коснутся многих других сфер жизни Китая, как демографическая политика, внутренних миграционных процессов, земельных отношений, а значит со всем крестьянством, процессов урбанизации, гуманизаци  судебно-исправительной системы и много другого, что так или иначе скажется на всем регионе, а точнее во всем мире. Ведь Китай уже сегодня не просто региональная, а глобальная держава.

Но из более явного важно создание новой структуры - «Совета государственной безопасности» - в задачи которого будет входить забота об обеспечении национальной безопасности Китая. Тут нужно заметить, что из Центральной Азии есть немало рисков для национальной безопасности КНР. Это соседство с Афганистаном, особенно в свете 2014 года, борьба с «тремя злами» (экстремизмом, сепаратизмом, терроризмом) угрожающим самому неспокойному региону Китая Синьцзян-Уйгурском автономному району, общая проблема рисков дестабилизации в большинстве стран региона, в частности в плане ожидания смены элит, а также геополитической конкуренции с другими глобальными и региональными игроками.

Потому очевидно, что Совет госбезопасности будет играть немаловажную роль в определении политики Китая в Центральной Азии. В этой связи, приобретает особый интерес  вопрос о персоналиях которые войдут на ключевые позиции в данной структуре.

Важно упомянуть о дипломатической стратегии «добрые соседи – хорошие партнеры» выдвинутой еще в начале правления Ху Цзиньтао, в которое попадают страны Центральной Азии. Данная концепция направленная на создание «дружественного пояса» вокруг Китая полностью себя оправдала и потому на 18 съезде КПК «пятое поколение» Си Цзиньпина подтвердило стремление Китая продолжить данную политику.

Это общие характеристики обрисовывающие контуры политики нового поколения к Центральной Азии. От «мечты к реформам». Но непосредственно вектор был обозначен в ходе турне председателя КНР Си Цзиньпина по Центральной Азии в сентябре этого года.

Центральноазиатское турне

Поездка в регион началась с Туркменистана, хотя очевидно, что ведущим партнером КНР в ЦА является Казахстан. Но Туркменистан очень важен в плане энергетической конкуренции с Россией, а соответственно и геополитической. К тому же, первый визит нового руководителя должен был заложить основу дальнейшего активного продвижения в регион, и если с Казахстаном уже была достигнута какая то определенность, которую подтвердила встреча двух глав государств на Боаоском форуме, то «нейтральный» Туркменистан теоретически вполне мог преподнести сюрприз. А так как поставки газа из Туркменистана играют важную роль в упоминаемой выше реформировании энергосистемы, то это, по всей видимости, предопределило страну первого визита в регионе.

Визит оказался весьма результативен. Отношения перевели на уровень стратегического партнерства. Заключены договоренности по существенному увеличению поставок газа, с 40 до 65 млрд кубометров, увеличению инфраструктуры по транспортировке, в частности ускорении строительства третьей нитки газопровода Туркмения-Узбекистан-Казахстан –Китай и совместном строительстве четвертой нитки по маршруту Туркмения-Узбекистан-Таджикистан-Киргизия-Китай. А также Китай вошел инвестициями в развитие второй фазы крупнейшего месторождения «Галкыныш». Из 10 млрд на развитие второй фазы, 8 млрд в форме кредита выделяет Банк развития Китая. Таким образом, Китай сумел существенно углубить отношения с Туркменистаном, укрепив свою энергетическуюбезопасность в области поставок газа и, по сути, окончательно потеснив Газпром.

Следующим в региональной программе Си Цзиньпина стал Казахстан. С нашей страной также были заключены прорывные проекты, в первую очередь, в энергетическом секторе, в частности вхождение CNPC в «Кашаганский проект», который для Казахстана имеет не меньшее значение чем «Галкыныш» для Туркменистана. На эту сделку Китай выделил 8 млрд долларов. Общая сумма контрактов по итогам визита составила 30 млрд долларов, куда вошли проект по созданию нового нефтеперерабатывающего завода, в котором так нуждается Казахстан, старт работе газопровода «Бейнеу-Бозой», сотрудничество в аграрной сфере, строительство ГЭС и т.д.

Но в концептуальном плане, более важным было, что именно в Астане Си Цзиньпин озвучил видение «пятого поколения лидеров Китая» внешней политики во всей Центральной Азии. Это было оформлено в виде лекции в Назарбаев Университет, в свойственной традиции китайской дипломатии красивыми историями из совместного прошлого, комплементарными выражениями в адрес Казахстана и всего региона, уверениями в искренней дружбе, равенства и гармоничного развития.

Если кратко, то можно выделить следующие основные посылы, следующие из этой стратегической речи:

  • Регион занимает одно из приоритетных мест во внешней политике Китая.
  • Китай традиционно подтверждает политику невмешательства во внутренние дела государств, а также не имеет амбиций на господство в регионе. Но стремится активно развивать партнерство на взаимовыгодной основе.
  • Китай готов сотрудничать с Россией в развитии региона.
  • Китай уделяет серьезное значение борьбе с сепаратизмом, экстремизмом, терроризмом в регионе.
  • У Китая и стран региона имеется экономическая взаимодополняемость.
  • Необходимо увеличить доверие в региональном сотрудничестве между Китаем и странами ЦА. Дословно «с более открытой душой и более широким кругозором, вместе добиваться новых успехов».
  • ШОС и ЕврАзЭС необходимо укреплять сотрудничество.

Данные тезисы явились преамбулой для предложения концепции «экономического коридора Шелкового пути». Эта концепция одна из ключевых особенностей нового китайского руководства по отношению к Центральной Азии. С одной стороны, данным проектом Пекин выбивает почву из американского проекта «Шелкового пути» озвученного Хилари Клинтон, с другой, новый лидер предложил новую идеологию для оформления политики взаимодействия Китая и  стран региона.

В качестве плана реализации «экономического коридора Шелкового пути» предлагается 5 шагов:

  • Усиление политического взаимодействия и юридического оформления регионального сотрудничества
  • Усиление строительства транспортно-логистической инфраструктуры
  • Усиление торгово-экономического сотрудничества
  • Переход на расчет в национальных валютах, без долларового посредничества
  • Усиление народной дипломатии

Стоит отметить особо последний пункт о народной дипломатии. Речь идет о культурном, гуманитарном развитии связей. Возвращаясь назад к теме реализации «китайской мечты» о возрождении китайской нации, которое превратит Китай в конкурентоспособного игрока на поле конкуренции идей, то без «мягкой силы» не обойтись никак. Поэтому лидер Китая не ограничился общими словами о необходимости познания друг друга, а  сделал конкретные предложения учащимся и преподавателям из стран ШОС, а именно 30 тысяч правительственных стипендий иприглашение на обучение в Китай 10 тысяч преподавателей и студентов из Институтов Конфуция. Китай впервые сделал к центральноазиатам столь крупный шаг к укреплению гуманитарного сотрудничества, причем не на паритетной основе, а за собственный счет. Нужно отметить, что в целом пятое поколение придает большое значение «мягкой силе».

Казахстан в свою очередь выразил поддержку стратегической концепции Си Цзиньпина "экономического коридора Шелкового пути" и  готовность укрепить поддерживаемые с китайской стороной связи в таких направлениях, как экономика, сфера коммуникаций и культурно-гуманитарное взаимодействие, с тем, чтобы путем объединенных усилий двух стран был создан новый "Шелковый путь".

Немаловажным событием стал сдвиг по ситуации с использованием трансграничных рек. Си Цзиньпин подтвердил наметившийся прогресс, заявив, что Китай не будет использовать воду из рек в ущерб Казахстану. К тому же, в итоговой декларации упоминается возможное подписание к 2015 году «Соглашения о водоотделении». Это конечно не решение проблемы, но хотя бы есть ощущение, что дело сдвинулось с мертвой точки, в которой Казахстан явно проигрывал.

Следующим после Казахстана стал Узбекистан, где результатом поездки Узбекистан стало 31 соглашение на 15,5 млрд долларов. Помимо инфраструктурных проектов, которые должны улучшить торгово-экономические связи между странами и уже традиционных нефте- газопроводов, Пекин продемонстрировал готовность инвестировать в высокотехнологичное производство в Узбекистане. Это неудивительно, Узбекистан имеет опыт, желание и трудовые ресурсы, а самое главное подобные промышленные объекты в Узбекистане носят стратегический характер. Поэтому вхождение Китая в максимальное количество отраслей позволит решить как геополитические цели, так и при этом оставаться верным политике прагматизма в инвестиционной активности

Кыргызстан замкнул цепочку исторического турне Си Цзиньпина. После подписания декларации о стратегическом партнерстве в Бишкеке, в Центральной Азии не осталось страны не стратегического партнера Китая. Так как с Таджикистаном подобная декларация была подписана еще в июне этого года.

Казахстан – влиятельная держава

Говоря непосредственно о Казахстане в контексте региональной политики, уже после поездки в интервью Агентству Синьхуа, председатель Си Цзиньпин употребил в отношении Казахстана выражение «youyingxiangdaguo» (中哈同为发展中国家和有影响力的大国), что переводится как «влиятельная держава». Здесь необходимо отметить, что до этого ни один из лидеров Китая ранее не употреблял к Казахстану или другой стране региона подобных эпитетов. Возможно, это один из сигналов Пекина, что Китай рассматривает Казахстан в качестве регионального лидера имеющего серьезное влияние на ход дел в Центральной Азии. По всей видимости, это связано с попытками предложить Казахстану максимум в интеграционных проектах Китая, чтобы не допустить геополитического доминирования России. Тем более, что в Таможенном союзе наблюдаются споры и здесь увещевания  Китая о равноправном партнерстве, короне регионального лидерства и потока кредитов, вкупе с технологиями могут сыграть свою роль.

Интересно, что этот примечательный момент не нашел никакого обсуждения ни в СМИ, ни в аналитическом сообществе Казахстана. По этому поводу можно сказать, что сложилась трагикомичная ситуация, напрасно стратеги из «Чжуннаньхай» просчитывали каждое слово, у нас просто некому оказалось интерпретировать посылы от восточного гиганта, а круг специалистов настолько узок, что это не вышло далее обсуждения между несколькими лицами.

***

Подводя итоги, можно сказать, что новое руководство Китая совершило прорыв в отношениях с Центральной Азией, закрепив, как юридически, экономически, так и на уровне стратегической концепции, новый уровень отношений и приоритетов между КНР и странами региона.



Загрузка...

Комментарии (0)

  • Авторизация
  • Регистрация
  • Забыли пароль?