Градус межнациональных отношений в Казахстане (видео)

Фотография - Градус межнациональных отношений в Казахстане (видео)

Казахоязычное пространство расширяется.

1544 0

Глава Центра по изучению межэтнических и межконфессиональных отношений, доктор социологических наук Айгуль Садвокасова специально для Today.kz.

В Казахстане периодически возникает вопрос актуализации этнических отношений - этническая принадлежность или размежевание казахстанцев по этническому признаку может стать существенным фактором для дальнейшего развития общества. Я думаю, что, конечно, к этим мнениям можно и нужно прислушиваться, но при этом нужно еще и анализировать, откуда такие мнения происходят и на чем они основаны. Конечно же, информационное пространство Казахстана очень открыто, и сегодня мы ощущаем максимум влияния этого информационного воздействия. Поэтому нужно анализировать источники информации, откуда эта информация в Казахстан заходит. Конечно же, яркое свидетельство - социальные сети, в которых люди обмениваются мнениями, и причем очень быстро реагируют на те или иные высказывания. Надо заметить, что сегодня этническая тема очень чувствительна. Она была очень чувствительна в 90-е годы. Это было понятно - с распадом Советского Союза, с обретением независимости, с формированием новых государств, которые определяли приоритеты своего развития, будет ли это этническое государство, будет ли демократическое государство и так далее. Этот вопрос был актуален еще в 2004-2005 годах, в связи с «цветными революциями», которые пошли по территории бывших советских республик. И это тоже был вопрос, который, казалось бы, заденет и Казахстан в том числе, потому что актуализация вопросов языка, доминирования этнических групп, влияние на политику, влияние на экономические отношения и затем переход в активные действия противостояния оппозиции государственной власти привели к переворотам в соседних государствах. Казахстан остался устойчивым и в этой ситуации.

Следующий период – последние 3-4 года, когда начинаются революции в арабских государствах, и мы видим, что они тоже в определенной степени были подвергнуты некой этнизации, то есть признаки этничности были представлены в одном из форматов этого противостояния. Здесь тоже стали возникать вопросы относительно Казахстана, и сейчас та волна, которую мы испытываем, связана и с развитием Таможенного союза, она связана была с с подписанием договора Евразийской экономической интеграции, существенное влияние оказали события в Украине. Потому что понятные вещи, о которых говорят экономисты, что в основе лежат экономические все-таки проблемы – это борьба за ресурсы. В современных условиях быстрого роста экономик, в условиях экономического кризиса мы наблюдаем, что страны-гегемоны, если апеллировать к марксисткой теории, доминирующие экономические мировые центры пытаются иметь под управлением и под определенным влиянием центры, имеющие ресурсы, прежде всего, природные. Никто их еще не отменял, большинство стран от этого не отказалось, это очевидный факт.

Казахстан имеет все эти факторы у себя в наличии, как и огромные природные богатства, как и полиэтничный, поликонфессиональный состав населения. Соответственно, вопросы, которые возникают в геополитической ситуации, происходят на территории наших близлежащих государств. Они вызывают вопросы и внутри Казахстана. Когда поднимается вопрос этнического противостояния для Казахстана, думаю, здесь надо быть очень осторожными, потому что ситуация, как в девяностые годы. Надеюсь, и в нынешней ситуации обретет такое хорошее, оптимальное, я бы сказала, и практическое решение. В девяностые годы было принято решение, и политика была построена именно таким образом, что каждый, кто остается жить в Казахстане, является гражданином Республики Казахстан. Приоритет прав гражданина был поставлен выше, невзирая ни на какое этническое происхождение. Эта политика целенаправленно и последовательно развивается, но что происходит в современной политике? Идет подмена понятий. Территориальное присутствие тех или иных этнических компонентов на той или иной территории в определенной степени позволяет поднимать этнические вопросы и пытаться влиять на внутреннюю ситуацию. Но давайте посмотрим, что мы сегодня видим. Это четко и ясно видно в вопросах идентификации. Граждане Казахстана, мы - открытая страна, наши граждане очень часто ездят за рубеж, к нам часто приезжают другие люди. Простые казахстанцы, которые переезжают в другие страны, по-другому воспринимаются принимающим государством и гражданами той страны, в которой они пребывают. И так же граждане, которые приезжают сюда, к нам, в Казахстан, имеют хороший адаптационный потенциал в Казахстане за счет принимающей стороны. Это показывают наши исследования. На примерах тех же трудовых мигрантов. В прошлом году и в этом были проведены исследования отношения населения Казахстана к трудовым мигрантам. Мы не увидели какого-то «мигрантофобского» настроения, доминирующего в Казахстане. Это один фактор. Второй фактор, который, я думаю, не будет давать развиваться этим центробежным тенденциям, чтобы расколоть наше общество, потому что имеются общие исторические корни. Казалось бы, это такой вопрос, который все знают, но на самом деле это не так. На самом деле, историческое сознание, историческая общность цементируют общество. Мы прошли совместно 19, 20 век и вступили в 21 век, и мы это видим в поколенческом разрезе. Вот, опять же, пример из социологических исследований, которые проводились лет пять назад, когда мы спрашивали: «Что будет самым ценным и важным для вас в условиях каких-то кризисов?». Казахстанцы в большей степени отвечают: «Для меня будЕт важным благополучие моих близких и родных, моих знакомых и друзей». Вот эта коллективная ответственность, которая есть в сознании казахстанцев, я думаю, будет доминировать. Когда мы сейчас проводим исторические параллели, где-то можно сказать, что нынешнее наше состояние - это примерно состояние тысячелетней давности в Казахстане, когда принималось решение, что нам сейчас делать. Поэтому внутреннее единство страны и противостояние по этническому признаку – это, я бы сказала, сегодня момент, который немножко ушел на задний план. В чем актуализируется и в чем акцентируется этническое противостояние? Прежде всего, в языковом вопросе. Говоришь на казахском языке – не говоришь, знаешь русский – не знаешь, знаешь язык своего этноса – не знаешь. Вот, опять же, статистика и соцопросы говорят, что более 90% казахстанцев знают русский язык на профессиональном уровне. Конечно же, это система советского  образования. Конечно же, это огромное информационное русское пространство, которое мы сейчас имеем и не отказываемся от него. Вот это надо понять, я думаю, всем. А казахоязычное пространство, которое растет в Казахстане, до середины 90-х годов это было всего лишь 30%, сегодня мы видим, что это более 70%.

Казахоязычное пространство языковое расширяется. Но при этом есть опасения: если вырастет потенциал казахского языка, что будет с русским? Я думаю, что здесь как раз нужно четко понимать, что другие государства, европейские, азиатские, никак не отказываются не от двух или не от трех языков, и даже речь не идет о том, что это зафиксировано в конституции и в основных законах страны. Люди общаются на этом языке, а значит, оно имеет собственное социальное пространство развития. И казахстанское население в большинстве своем билингвично, а билингвы – это особое состояние языкового сознания, когда человек может автоматически переходить с одного языка на другой. И это только показывает потенциал нашего общества. А знание языков – это усваиваемость информации, науки и так далее, перечислять можно все. И поэтому, когда заходит речь о том, что в силу усиления государственной политики, в силу того, что будет выдавливаться русскоязычное население, с этим согласиться практически невозможно. Дело в том, что языковое пространство у нас очень гибкое. У нас нет жесткого сегментирования. Наоборот, языки у нас действуют параллельно, и это говорит об очень гибкой, мобильной языковой среде в Казахстане. Как человеку комфортно, так он и общается. Я думаю, что этот показатель подтверждается нашими социологическими исследованиями, когда люди не чувствуют дискомфорта по незнанию языка. Другое дело, когда начинают в сетях рассуждать о тех событиях, которые произошли в общественном транспорте, где-то в магазине. Да, это бытовой уровень, на котором, может быть, проявляются какие-то эмоции, но нужно понимать, что мы в целом теряем культуру речи и культуру общения, мы теряем культуру грамотности языка, хоть на казахском языке, хоть на русском. Что касается межэтнического взаимодействия, мы говорим, что в Казахстане, действительно, по статистике зафиксировано более ста двадцати представителей разных этнических групп. Есть единичные, есть малые, есть большие группы. Конечно, самые крупные группы – это казахи и русские, которые сегодня составляют 65% и 23% . В принципе, взаимодействие между казахским и русским этносом складывалось исторически благоприятно, в любом формате. В формате взаимодействия между кочевниками и оседлой культурой. В формате взаимодействия в составе одного союзного государства. В формате взаимодействия между двумя независимыми государствами. То есть история достаточно большая, и нужно на нее смотреть внимательно. Мы видим, что взаимоотношения достаточно благополучные. Это в межстрановом формате. Но в формате этническом эти связи еще глубже и прочнее. Посмотрим на уровень бытования наших традиций. Мы изучали специально наши межэтнические семьи, это самый яркий показатель того, каким образом культуры уживаются в одной маленькой семье. Эти исследования показывают, что конфликтов и противостояний по этническому признаку не наблюдаются.

Есть два понятия - ассимиляция и аккультурация. Ассимиляция - это когда доминирующая этническая группа поглощает другую группу. В Казахстане мы эти процессы не наблюдаем на протяжении вот уже более двух веков, как я уже говорила. Но за тысячелетнее, за столетия пребывание в Казахстане никоим образом не сказалось на этнических особенностях этих групп. Это тоже надо принимать во внимание. Мы специально изучали этнические группы - как они относятся, как они оценивают собственное положение, каким образом, они считают, влияет на них государственная политика, какие у них сегодня есть перспективы и так далее. Дунгане, уйгуры, русские, украинцы, белорусы - порядка около десяти групп мы изучали отдельно. Причем изучали отдельно компактные населенные этнические группы, поскольку компактность проживания специфична для некоторых областей Казахстана. Но при этом даже в компактных группах мы не видим, что есть какой-то негатив или интолерантность по отношению к казахам, русским или узбекам. Они встречаются в единичных случаях. Мы не можем сказать, что это носит массовый характер. Здесь нужно отличать одно от другого. Вот поэтому, когда идет процесс политизации процессов развития, это приводит к противостоянию.

И есть еще второй момент,когда идет этнизация процессов, когда мы начинаем оценивать политику сквозь призму этничности, начинаем оценивать экономику сквозь призму этничности. Тогда мы выходим на эти вопросы. Мы работали с международными экспертами, которые также оценивали ситуацию в Казахстане, и надо сказать, что мнение складывается достаточно благоприятное. Но от чего зависит нынешняя ситуация? Она сегодня зависит от цельности нашего общества, кем бы мы ни были, казахами, русскими, узбеками, если мы граждане этой страны.

Поэтому я думаю, что даже если какие-то противоречия в обществе и будут, понятно, что бесконфликтных обществ в принципе не существует. Они могут возникнуть по разным основаниям. Но именно по вопросам межэтническим, я думаю, таких столкновений в Казахстане не будет. Они возникают из-за политизации или этнизации, но как таковой потенциал, который заложен в межэтнических отношениях, не носит конфликтогенного характера.



Загрузка...

Комментарии (0)

  • Авторизация
  • Регистрация
  • Забыли пароль?