504

Важность нового подхода к НПО (видео)

За последние два десятилетия в сфере деятельности НПО был совершен настоящий прорыв.
Фотография - Важность нового подхода к НПО (видео)

Главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК Леся Каратаева специально для Today.kz.

Несмотря на всю критику, звучащую в адрес казахстанского гражданского общества, очевидно, что за последние два десятилетия в сфере деятельности неправительственных организаций был совершен настоящий прорыв. Наше гражданское общество прошло путь от отсутствия сколько-нибудь значимых практик до создания механизмов эффективного решения задач в социально значимой сфере. В то же время надо отметить, что тематика деятельности неправительственных организаций и их взаимоотношений с государственными органами крайне мифологизирована и местами напоминает кривое зеркало. При этом встраиваемые в общественно-политический дискурс мифы носят неизменно алармистский характер и характеризуются демонизацией либо НПО, либо государства, в зависимости от производителя мифа. В соответствии с мифами создается впечатление, что государство единственной своей целью видит ограничение возможностей неправительственных организаций, а те, в свою очередь, только тем и занимаются, что критикуют власти.

Причин формирования искаженного виртуального образа НПО и их взаимоотношений с государством, в принципе, можно указать множество, и они имеют как объективный, так и субъективный характер. В качестве объективных факторов назову очевидный дефицит информации о деятельности неправительственного сектора. Отсутствие прозрачности является следствием невыстроенной системы отчетности НПО перед общественностью. В качестве второго объективного фактора можно указать большую медийную активность, в силу специфики сферы деятельности правозащитных организаций. Это абсолютно естественный процесс. Но в то же время неправительственный сектор состоит не только из правозащитных организаций. И, к сожалению, деятельность многих организаций в других социально значимых направлениях остается в тени.

В качестве субъективного фактора назову стремление заработать личный политический капитал на секьюритизации взаимоотношений между властью и НПО. В настоящий момент, как известно, активно обсуждается законопроект «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты по вопросам деятельности неправительственных организаций в Республике Казахстан». Казнет переполнен информацией в виде анонсов принятия нового закона, комментариев, подготовленных как казахстанскими стейкхолдерами, так и неправительственными международными организациями. Можно найти огромное количество месседжей, сформированных в рамках полемики, представляющих про- и контраргументацию. Можно найти все, что угодно, только не сам текст законопроекта. И это как раз к вопросу о том, откуда берутся мифы. Принятие закона в том виде, в котором он сейчас прописан, на мой взгляд, актуализирует два очень важных момента.

Во-первых, на фоне неблагоприятных прогнозов макроэкономической ситуации и снижения расходной части казахстанского бюджета государство все же идет на расширение спектра механизмов финансовой поддержки неправительственного сектора. И при этом речь не идет о возвратных субсидиях или о долевом участии - например, по американскому формату «один к трем», когда на одну долю государственного финансирования обязательно должно приходиться три доли частного финансирования. Речь в данном случае идет именно о грантах, определяемых в нашем бюджетном кодексе, налоговом кодексе, в первую очередь, как безвозмездная передача денег, и о премиальном вознаграждении. И это очень важный момент, на который, к сожалению, мало обращают внимание. Во-вторых, миф о том, что власть не слышит НПО, дал серьезную трещину. Известно, что инициатива расширения спектра механизмов государственной поддержки неправительственного сектора изначально принадлежит представителям неправительственных организаций. Действительно, ориентация только лишь на госсоцзаказ к сегодняшнему моменту исчерпала полностью свой потенциал. По сути, госсоцзаказ даже не является механизмом поддержки самих НПО. Это закупка услуг у НПО по социально значимым направлениям политики. И госсоцзаказ формирует механизм эффективного взаимодействия государства и неправительственного сектора по решению социально, общественно значимых задач. Получая возможность финансирования за счет грантов и премиальных выплат, неправительственный сектор Казахстана получает возможность действительно планировать долгосрочные стратегии своего развития, получает возможность вкладывать в развитие своего кадрового потенциала. В конечном счете эта практика должна привести к тому, чтобы решилась ситуация, когда в стране официально зарегистрировано 300 тысяч неправительственных организаций, а действуют реально только три тысячи организаций, потому что остальные организации являются просто однодневками – получили госсоцзаказ, реализовали его как-нибудь и на этом свою деятельность прекратили. Предлагаемые новые механизмы финансирования неправительственного сектора должны привести к нивелированию данной ситуации.

Очевидно, что авторы законопроекта не изобретали велосипед, а воспользовались уже накопленным опытом в рамках деятельности международного сообщества. Практически во всех государствах, которые берут на себя ответственность за поддержку неправительственного сектора, создаются специализированные органы, в задачи и компетенции которых входит распределение финансовых средств, а также контроль над целевым их использованием. В Великобритании такой орган называется Департамент третьего сектора, в Венгрии это Комиссия по гражданским организациям при Парламенте. В США, Дании и во Франции компетенция распределения финансов для поддержки неправительственного сектора принадлежит министерствам или местным органам власти. В Германии и Чехии практикуется зонтичное финансирование, тоже очень интересная форма. В Чехии деньги выделяются Чешскому фонду финансирования фондов, в Германии существует ряд зонтичных НПО, которые получают деньги, распределяют их среди неправительственных организаций, входящих в их состав. В Казахстане, как известно, тоже планируется создание оператора в сфере грантового финансирования, который будет вправе привлекать и использовать любые источники финансирования, которые не запрещены законодательством РК. В среднем доля государственного финансирования деятельности некоммерческих организаций в различных странах мира составляет порядка 50% от их общего дохода.

Ну и в завершении хотела бы сказать еще пару слов об обеспечении прозрачности деятельности НПО. Не думаю, что казахстанские неправительственные организации злонамеренно скрывают от общественности результаты своей деятельности, но в то же время очевидно, что большого рвения к опубликованию этих результатов и отчетности перед общественностью тоже не выказывают. Такая формальная логика, предоставляемая рядом неправительственных организаций, выглядит примерно следующим образом: отчитываться мы должны перед теми, кто нас финансирует, перед конкретным донором. А вот если общественность не является донором, в данном случае деньги мы получали от кого-то другого, тогда какое право имеет общественность претендовать на какую-то отчетность. Такая логика в принципе ошибочна, потому что подотчетность является основополагающим принципом деятельности неправительственных организаций. Это с одной стороны. С другой стороны, общество является основным бенефициаром деятельности НПО, а в случае с получением неправительственной организацией финансирования из государственного бюджета общество является еще и стейкхолдером, потому что каждый из нас исправно платит налоги. И поэтому общественность вправе получать отчеты о том, как развивается, какие инициативы реализуются, каких результатов достиг наш неправительственный сектор. В то же время определенная доля критики обязательной отчетности НПО в официальных периодических изданиях вполне оправдана. Как известно, проблема всегда кроется в деталях.

Например, обязательность публикации отчета о деятельности для НПО еще не означает обязательности таких публикаций для собственников СМИ и их редакций. И вот здесь вполне реален конфликт интересов. Но, полагаю, это проблема не столько самого закона, который задает рамки, сколько правоприменительной деятельности.

Загрузка...