1674

Драматургия террора, или так ли страшен ИГИЛ? (видео)

Не стали ли мы жертвами информационного воздействия?
Фотография - Драматургия террора, или так ли страшен ИГИЛ? (видео)

Ученый-востоковед, публицист, кинодокументалист Александр Князев специально для Today.kz.

Поводом для нашего сегодняшнего разговора является появившийся во всемирной сети видеоролик, основное содержание которого заключается в том, что по приговору боевиков Исламского государства Ирака и Леванта или, как мы говорим, ИГИЛ (или ИГИШ – Исламское государство Ирака и Шама) приводится в исполнение приговор над двумя боевиками, которые якобы оказались агентами Федеральной службы безопасности Российской Федерации.

Я внимательно посмотрел этот ролик, и одно из первых соображений, возникающих в том числе и по ряду предыдущих подобных роликов – о естественности происходящего на экране. Во всем этом чувствуется высокий элемент режиссуры, драматургии, искусственности происходящего. Вплоть до того, что временами возникает ощущение участия в этом артистов и в целом постановочный характер этого явления. Похожие чувства у меня были, когда я смотрел один из предыдущих нашумевших роликов ИГИЛ – где казахские дети обучаются джихаду на территории Сирии и Ирака в рамках "Исламского государства".

В связи с этим есть несколько соображений. Мы называем эту организацию террористической. А, может быть, не самый главный, но первый и очень важный из смыслов явления террора вообще –информационный. Любое проявление терроризма едва ли не в первую очередь направлено на создание определенной информационной атмосферы, на нагнетание страха в общество одной или ряда стран. Это активно тиражируется в средствах массовой информации. Особенно явно это стало ощущаться по мере нашего вхождения в информационную эпоху, с появлением глобальных сетей. Если раньше информация не очень оперативно разносилась мировыми агентствами с помощью примитивных средств уровня телеграфа, то сегодня она в считанные секунды может разнестись по всему миру на разных языках, адаптировавшись к той или иной аудитории.

Думаю, что немаленькое подразделение «Ал-Хайат медиа центр», которое занимается информационной работой в ИГИЛ, в организации является одним из приоритетных. Эти люди очень хорошо понимают возможности современных технологий и используют их. Возникает вопрос - а так ли страшен ИГИЛ, как он выглядит в роликах собственного производства? И не являемся ли мы в большей или меньшей степени жертвами этого информационного воздействия? Я нисколько не хочу умалять реальную угрозу, исходящую от этой организации, но, задумываясь об уровне этих угроз, нужно обязательно принимать во внимание и этот высочайший информационный компонент. Стилистика роликов ИГИЛ предназначена для людей не самого высокого интеллектуального уровня - это уровень потребителей старого болливудского кино. Аудитории, на которую рассчитаны данные ролики, соответствует примерно такой уровень интеллекта и восприятия. Поэтому, если мы хотим подойти к вопросу не как зрители, а как аналитики, стоит учитывать этот момент. А что касается прямых военных угроз - это работа не гражданских лиц, ими должны заниматься (и, я надеюсь, занимаются) те, кому это положено по долгу службы.

О самом проекте – еще до названия ИГИЛ его структура и содержательная часть были описаны в одном из документов американской аналитической организации «Рейд корпорейшн». В публичном пространстве отдельные эпизоды этого проекта появились в 2006 году. Потом в 2009 году более подробно все это описывалось у американских авторов. И вот, наконец, теперь мы получили реализацию проекта. В своей научной работе я достаточно глубоко занимаюсь Афганистаном, в частности, таким сходным явлением (сейчас я постараюсь это объяснить), как афганское движение «Талибан». Сходных черт очень много, и лично меня они подталкивают к мысли о том, что ИГИЛ – это некое повторение проекта, «переиздание» афганского «Талибана» на другой почве, с учетом опыта как успешного с точки зрения целей и задач, так и опыта негативного.

Коротко об истории этих двух движений. В Афганистане шла война моджахедов, сил сопротивления против кабульского правительства и помогающих ему советских войск. На протяжении этой почти десятилетней войны при поддержке западных и арабских стран воспитывается поколение мужчин, в мировоззрении которых главным является понятие джихада в радикальной его трактовке. Они не умеют заниматься ничем другим, их профессией является война, у них ограниченное образование, достаточно примитивное представление о религии и неплохое умение воевать регулярными партизанскими методами. Война заканчивается, и эти люди оказываются невостребованными. Вдруг появляется задача установления порядка на территории Афганистана, поскольку после вывода советских войск и падения Наджибуллы в стране царит хаос. Различные группировки борются между собой, население устает от этого - и приходят талибы. Когда талибы приходили в Афганистан, первое время, особенно на юге, их встречали буквально с цветами. В них видели тех, кто восстановит порядок.

Вернемся к ИГИЛу. После падения режима Саддама Хусейна в Ираке почти на 10 лет возникает очень похожее хаотичное состояние. Фактически, страна делится на три части, происходят постоянные военные конфликты, террористические акты. Одновременно в соседней Сирии существует правительство Башара Асада, ориентированное на Иран, что, естественно, не нравится спонсорам радикальных террористических организаций. Этих спонсоров можно называть откровенно. Если проектировщиками являются американцы (думаю, и британские организации приложили руку), то прямыми спонсорами и непосредственными организаторами являются в первую очередь Саудовская Аравия и Катар, частично - Турция, другие соседи также участвуют, исходя из своих интересов. Есть большая группа людей, воспитанных на иракской войне, которая пополняется боевиками из других стран. Это горючий материал, который можно использовать для достижения сразу двух целей: установления необходимого порядка на территории Ирака и свержения неугодного режима Башара Асада на территории Сирии.

Любопытная деталь: сейчас стала появляться информация о том, что военное ядро ИГИЛа составляют бывшие офицеры, военнослужащие и сотрудники спецслужб иракской армии. Когда «Талибан» начал свое триумфальное шествие по территории Афганистана, в него очень быстро влились, став его основным военным ядром, экс-функционеры народно-демократической партии Афганистана - бывшие военные и генералы коммунистического режима в Кабуле, сотрудники спецслужб правительства Наджибуллы и Барака Кармаля. И сейчас среди лидеров ИГИЛа большую прослойку составляют бывшие функционеры партии арабского социалистического возрождения «Баас» из Ирака – партии Саддама Хусейна. Партии, построенные не на интересах, а на идеалах, всегда имеют большой компонент людей, способных быстро поменять эти идеалы. Это заметно на примере коммунистической партии Советского Союза при распаде СССР. Люди просто приспосабливаются под необходимую ситуацию, но при этом все же являются военными специалистами. Поэтому военные успехи в свое время и талибов в Афганистане, и сейчас - ИГИЛ на территории Ирака и частично Сирии я бы в значительной степени отнес на счет включения в свой состав этого профессионального военного компонента.

Из того, что я сказал по поводу информационной составляющей деятельности ИГИЛа, нагнетающей страх в общественное сознание, следует, что ИГИЛ не несет в себе каких-то иных угроз для нас. Достаточно распространенным является мнение о том, что граждане разных стран, в частности, стран бывшего СССР, включая и граждан Казахстана, должны почему-то (это не объясняется комментаторами) рано или поздно вернуться к себе на родину и начать реализовывать идеи джихада именно там. Не думаю, что все будет так просто - эта связь есть, но она более тонкая и сложная. Потому что значительная часть этих граждан все равно не вернется, хотя бы потому, что погибнет. Это можно увидеть на примере «Исламского движения Узбекистана» - людей, которые воевали против своего правительства, а затем ушли в джихадистское движение, сейчас можно встретить по всему миру, и никто из них в Узбекистан наверняка никогда не вернется. Поэтому не думаю, что граждане Казахстана или России вернутся к себе домой и начнут действовать у себя на родине.

В этой сфере деятельности высока доля наемничества. Профессионалам все равно, где воевать – в Боснии или Северной Африке. Но какая-то часть следует идеалам, и они не безразличны к тому, что происходит на родине, поэтому могут получить определенную поддержку от тех или иных спецслужб. Скажем, от международных террористических объединений и организаций, получая задачу, цель, заказ активизироваться именно у себя на родине. Но опасными являются не эти единичные, на мой взгляд, персоны, время от времени возникающие в отдельных странах – возвращенцы из Сирии и Ирака, например. Мне кажется, самым опасным является то, что во всех странах существует определенный мобилизационный ресурс для этих людей и их идей, так же, как и для реализации их джихадистских задач.

Например, есть информация о том, что находящиеся в Афганистане в рядах террористических организаций граждане, в том числе и Казахстана, поддерживают связь со своими сторонниками на родине с помощью сим-карт таджикистанских сотовых операторов, меняя их. Есть связь, и есть люди, которые могут оказать поддержку. Здесь работает сетевой принцип, это прекрасно прослеживается на примере такой организации, как «Хизбут Тахрир» - когда огромное количество ячеек пирамидально сводятся к общему руководству, не будучи знакомыми между собой, и в нужный момент могут быть мобилизованы для массового движения.

В том, что люди, имеющие опыт боевых действий, еще и получат какой-то командный, организационный, логистический опыт, если они начнут активно заниматься организацией протестных движений у себя на родине под лозунгами джихада - в этом и опасность. Бороться с ними только силовыми методами спецслужб малоэффективно. Здесь нужна комплексная работа, прежде всего, по устранению причин, которые порождают подобные настроения. Люди, которые на сегодняшний день уже являются преступниками, в которых живет антиобщественный, антигосударственный, антинациональный в гражданском смысле стержень, должны стать предметом работы прокуратуры и соответствующих судебных инстанций. Отдавать под их влияние других граждан не следовало бы. Необходимо устранять причины, порождающие подобные настроения, и особенно - делающие молодежь в Казахстане, в России, в Киргизии, где угодно, пластилиновым материалом, легко поддающимся вербовке, легко начинающим симпатизировать лозунгам джихада и способных поддержать их. Вот в этом, думаю, заключается главная задача.  

И тогда мы, может быть, будем иначе воспринимать ролики, подобные поводу для нашего разговора. Ведь если человек живет хорошо, и у него нет поводов пытаться силой поменять свою жизнь - тогда он будет наиболее критично смотреть на такого рода драматургию. 

Загрузка...