Цены на нефть. Что грозит Казахстану? (видео)

Фотография - Цены на нефть. Что грозит Казахстану? (видео)

Тенге будет испытывать возрастающее давление.

743 0

Главный научный сотрудник КИСИ при президенте РК, доктор экономических наук Вячеслав Додонов специально для Today.kz.

В конце лета началось снижение цен на нефть с локальных максимумов, которые были на уровне около 115 долларов. В настоящее время цены достигли уровня, который колеблется между 45 и 50 долларами, если говорить о сорте Brent. Причина такого снижения – это, пожалуй, самый интересный вопрос. Почему цены на нефть стояли на уровне около 100 долларов и выше в течение трех лет с 2011 года и почему они так резко начали падать?

Существует простая версия, которой склонны объяснять это падение нефти, пожалуй, наиболее политизированные круги экспертного сообщества. Версия заключается о том, что снижение цены на нефть – это некий инструмент давления Запада на Россию в санкционной войне, спровоцированной украинским кризисом. На самом деле, это совершенно неправильная версия, поскольку страдает в этой ситуации не только Россия, и даже не столько она, сколько другие страны. Не меньше остальных страдают от этой ситуации нефтедобывающие отрасли самих США, которые обычно называют главным инициатором такого снижения.

Предыстория этого вопроса такова, что США в последние годы на фоне высоких цен на нефть вышли на лидирующие позиции в мире по объему ее добычи, вплотную приблизившись к традиционным лидерам, к которым относятся Саудовская Аравия и Россия. У Саудовской Аравии и России примерно одинаковый объем добычи нефти в последние годы, и к ним вплотную приблизились США. Они приблизились за счет альтернативных, новых типов добычи нефти.

Это, прежде всего, добыча нефти сланцевой. Но она характеризуется высокими издержками и рентабельна только при высоких ценах на нефть, больше 100 долларов. Именно поэтому на уровне высоких цен и произошел взрывной рост нефтедобычи США. Поэтому предполагать, что Америка опускает цены искусственно, чтобы навредить России, неправильно. Она таким образом вредит самой себе в первую очередь, как одной из лидирующих нефтедобывающих держав. Таким образом, эта конспирологическая версия несостоятельна.

Если же говорить о другой версии, то она более интересна и убедительна. Заключается она в том, что именно Саудовская Аравия или, скажем шире, вообще нефтедобывающие монархии Персидского залива опустили цены на нефть с целью уничтожить набирающие силы альтернативные источники нефтедобычи - сланцевую нефть в США и нефть, добываемую из нефтеносных песков в Канаде. Оба эти типа нефтедобычи также  рентабельны только при высоких ценах на нефть. Развитие обоих этих типов привело к тому, что на рынке образовался определенный переизбыток предложения нефти при стабильном или даже стагнирующем спросе.

В США и Канаде уже объявляют о своих банкротствах первые компании, которые работают в соответствующих сферах деятельности, и в этом контексте вторая версия кажется достаточно логичной и убедительной.  Логика тут такая – компании, занимающиеся этим видами нефтедобычи, банкротятся. Прекращается добыча. Падает общий объем предложений нефти на рынке, соответственно, в дальнейшем вырастет цена до уровня, который опять будет устраивать и традиционные нефтедобывающие страны, включая арабские монархии, и всех остальных. Надо потерпеть несколько месяцев или лет, чтобы полностью уничтожились альтернативные источники появления нефти на рынке, и тогда все наладится.

Существует и третья версия – наиболее консервативная. Эта версия завязана на фундаментальные экономические показатели. Она связана с тем, что спрос на нефть, как я уже говорил, остается на прежнем уровне и даже несколько снижается, потому что замедляются общемировые темпы роста экономики. Экономике мировой с каждым годом нужно все меньше нефти, тогда как предложение активно растет, в первую очередь именно за счет этих двух факторов – сланцевой и песчаной нефти. Во вторую очередь - за счет того, что увеличиваются поставки на рынок нефти из стран, ранее разрушенных гражданскими конфликтами, то есть, из Ирака, Ливии и так далее. Ирак в этом году выходит на рекордный уровень добычи, несмотря на те проблемы, которые есть в стране. Объем предложений стал больше, чем объем спроса, и якобы вот этим фактором объясняется падение цен на нефть.

Почему я не согласен с этой версией, хотя она выглядит вполне рациональной и экономически обоснованной? Потому что колебания спроса и предложения очень незначительные. Они измеряются одним-двумя процентами в год, тогда как падение цен, мы видим, измеряется многими десятками процентов. Поэтому эта версия мне представляется не очень убедительной. Если бы всё было завязано, на самом деле, на объеме спроса и предложения, то и цена снижалась бы, колебалась примерно в сопоставимых диапазонах с тем, как изменяются объемы спроса и предложения. Она бы тоже изменялась на 5-10-15%, но не в 2 раза, не в 2,5, как происходит сейчас уже по факту.

Поэтому, я думаю, правильным объяснением является четвертое. Это ситуация на финансовых рынках, ситуация с ликвидностью, с деньгами, которые обращаются на финансовых рынках, одним из которых является рынок нефтяных контрактов различных видов. Цены на нефть отражают не стоимость поставок реальной нефти, реальных металлов реальным потребителям, отражают они стоимость сложных производных финансовых инструментов - контрактов фьючерсов, опционов, форвардов и так далее, которые сильно оторваны от экономического базиса, движутся преимущественно тем, насколько много денег. Инвесторы институционально в них вкладывают, инвесторы именно финансового профиля - инвестиционные компании, фонды, банки и так далее, не потребители нефти конечной.

Почему этим фактором обуславливается снижение цен на нефть? Потому что после того, как в октябре Федеральная резервная система США прекратила свою программу количественного смягчения, деньги на рынок перестали поступать. До этого несколько предыдущих лет, начиная с 2010 года, шел массированный приток средств на рынок по линии ФРС США в рамках известной программы количественного смягчения, иначе называемой QE – это английская аббревиатура этих двух слов. Когда ФРС в течение нескольких лет вкачала в американскую финансовую систему порядка 4 триллионов долларов, эти деньги так или иначе попали на финансовые рынки, в первую очередь, а не в реальный сектор экономики, для которого они были предназначены.

Попав на финансовые рынки, они распространились по всем инвестиционным сегментам, включая и товарные фьючерсы. Именно эти деньги, в первую очередь, и надули изначально цены на нефть до уровня больше 100 долларов, который сразу не являлся экономически обоснованным. И они же, эти деньги, и держали цены на протяжении долгого периода времени, потому что программа эта была распределена во времени. Каждый год там добавлялось примерно по 1-1,5 триллиона долларов. Эти деньги, попадая на товарный рынок, не давали ценам на нефть упасть. Хотя и ранее возникали предпосылки для снижения цен, поскольку они, в общем-то, не являются экономически обоснованными.

После того, как в октябре прошлого года эта программа была закончена, макроэкономическая ситуация осталась прежней, довольно вялой. Объемы потребления нефти не растут. Инвесторы просто стали сбрасывать соответствующие ценные бумаги, соответствующие активы, нефтяные контракты, потому что они все понимали, что цена неадекватна, что актив переоценен. Они начали всё сбрасывать, и потом уже присоединился фактор паники, когда все поняли, что вот-вот начнется обвал. Падение ускорилось и пришло к тому уровню, который мы сейчас имеем. То есть, за полгода произошло падение цен, грубо говоря, со 115 долларов до 45, это примерно в 2,5 раза.

Это то, что касается причин. Если говорить о том, куда дальше пойдет, то прогнозы такого рода, конечно, дело неблагодарное. Я думаю, что дно достигнуто - не будет ни 30 долларов, ни 20. Думаю, что среднегодовая цена по сорту Brent будет на уровне около 50 долларов. Она будет колебаться в интервале 40-60 долларов, давая среднегодовую цену около 50. Скорее всего, вот на этом мы остановимся.

Этот уровень уже достаточно неприятен и болезнен для казахстанской экономики, потому что среднегодовая цена в 50 долларов в 2 раза ниже, чем среднегодовая цена прошлого года, около 100 долларов. Конечно, это означает для нас серьезные вызовы и серьезные проблемы по всему спектру макроэкономических показателей, начиная от промышленного производства. В промышленном производстве у нас именно нефтянка доминирует, большую часть объема продукции дает нефтяная отрасль, соответственно, промышленное производство будет страдать.

Почти стопроцентно будет отрицательный рост промышленного производства в будущем году. Это будет влиять на показатели роста ВВП по линии промышленного производства, потому что промышленность – это крупнейшая сфера по вкладу в ВВП, дающая где-то 30-33% в год. Если падает промышленность, то и ВВП тоже сильно страдает. Я предполагаю, что будет отрицательным рост ВВП по итогам этого года.

Разумеется, очень сильно страдают объемы экспорта, поскольку экспорт почти полностью у нас нефтяной, на 80 с лишним процентов. И если в благополучные годы, в 11-14 году, годовой объем экспорта у нас был порядка 83-85 миллиардов долларов в год, то при таких ценах на нефть он сократится до примерно 45 миллиардов. Мы понимаем, что минус 35-40 миллиардов долларов в год - это достаточно серьезные проблемы с точки зрения и торгового баланса, и платежного баланса в целом.

В свою очередь, проблемы в платежном балансе в конечном итоге отражаются на курсе валюты. Это означает, что тенге будет испытывать возрастающее давление по мере того как цены будут оставаться на низком уровне и по мере того как Нацбанк будет вынужден поддерживать курс тенге в рамках тех коридоров, которые сейчас существуют. Также, конечно, попадают под удар пополнения Нацфонда, которые формируются за счет нефтяных доходов. Бюджет в меньшей степени страдает, потому что бюджет у нас не нефтяной, но он получает значительную долю поступлений из Нацфонда в виде трансфертов. Эти трансферты останутся прежними. Более того, они даже, скорее всего, будут увеличены в рамках антикризисных мер.

Вероятно, бюджет не столь сильно пострадает, но вот формирование Нацфонда, конечно, будет сильно затруднено. Он будет уменьшаться, потому что поступлений в него будет мало, а расходов много в рамках антикризисных мер. Поэтому ситуация для Казахстана, в общем-то, достаточно тяжелая. Но не нужно преувеличивать степень этой тяжести: поводов для паники нет, как нет и поводов для ожидания какого-то серьезного и масштабного кризиса. Но нужно быть готовым к тому, что экономика будет замедляться, с высокой степенью вероятности уйдет в отрицательный рост, и мы будем наблюдать эти проявления по широкому спектру экономических сфер.

 

 



Загрузка...

Комментарии (0)

  • Авторизация
  • Регистрация
  • Забыли пароль?